E-mail: infocentr@bk.ru

Тел.: +7 (83361) 40717

Календарь знаменательных и юбилейных дат

Город Кирово-Чепецк Местные и краеведческие издания

Имена и премии литературной Вятки

Литературное наследие

Яндекс.Метрика

«Соловьем залетным…»

Как всё получилосьCht klub

Это мы

Творческая биография

МАЛЬЦЕВ

YouTube

Поздравляем!

Что почитать... и посмотреть

Сегодня в работе

Скоро у нас

Театральный абонемент

«Соловьем залетным...»

Без малого семь лет назад в апреле 97-го, казалось, что все еще впереди, что многое еще возможно. И на­звание статьи в «Кировце» было тогда таким обещающим: «Дебют в «Талисмане», или Ренессанс Васи­лия Беляева». Если бы знать...

Появление его в «Талисма­не» было действительно ярким, памятным. Многие ведь помнили Беляева еще по выступлениям в «Дружбе» в 60-70-е годы, когда он был в лучшей своей фор­ме, когда его лирический тенор звучал в полную силу. Вернувшись в Кирово-Чепецк после семнадцатилетнего отсут­ствия, где же еще, как не в «Та­лисмане», он мог обрести твор­ческое пристанище? Он, певец по призванию, для которого занятие классическим вокалом хоть и не было профессией, но стало ду­ховным содержанием, главным за­нятием жизни.

1

Свидетельствую: лучшие кон­церты в «Талисмане» были с его участием. И замышлялись боль­шие планы, и задумывались но­вые программы. А потом он вдруг стал терять форму, зачастил к врачам и, что называется, сдал на глазах. И вот грядущий свой юбилей - десятилетие - салон «Талис­ман» встретит уже без него. Ми­новал уже и 40-й, и даже 100-й день с того мгновения, как он по­кинул этот мир - тихо, кротко, незаметно. «Соловьем залетным юность пролетела» - эти слова из народ­ной песни, которую Василий так любил и пел так вдохновенно, мож­но в полной мере отнести сегодня ко всей его жизни.

7 января ему исполнилось бы 62.  Появиться  на свет  в день Рож­дества Христова - это ли   не  знак  избранничества, отмеченности судьбы?  Хотя  в обывательском,  житейском смысле благополучной, счастливой судьбу его назвать трудно. Он знавал голодное военное детство, безотцовщину, детдом, бытовую неустроенность и мытар­ства на пути вхождения в само­стоятельную жизнь. За год до своей кончины он овдовел - супру­га Таисия Александровна умерла от сердечного приступа неожи­данно, скоропостижно. А сам он к тому времени, как оказалось, был уже обречен. Роковая болезнь давно подтачивала его силы. Но он избегал разговоров на эту тему, не пускал в душу, просил не бере­дить его сокровенных пережива­ний.

В Заполярье, куда Василий на долгие годы уезжал вместе с се­мьей, он - токарь-универсал - работал на заводе по производ­ству атомных подлодок, имел дело со специфической продукцией. Именно там, по мнению близких, его и подстерегла коварная бо­лезнь века.

И все-таки... В высшем смысле судьбу его определил Божий промы­сел. Обладать голосом такой кра­соты и силы мог человек воистину счастливый. Счастливый теми мгновениями жизни, которые да­рят радость творчества, трепет­ная тишина зрительного зала, когда исполнитель и слушатель едины в постижении красоты и гармонии, когда торжествует ис­кусство. По выражению поэта Н. Доризо, он был «...старше на минуты, которые дороже, чем года».

Самородок, не получивший си­стематизированного музыкально­го образования, Беляев прошел прекрасную школу Георгия Ива­новича Бабко и навсегда вырабо­тал и сохранил исполнительские навыки вокалиста-профессионала. И нет, пожалуй, ни одного по­пулярного произведения русской вокальной лирики, которое не ис­полнил бы Василий за годы бес­корыстного служения искусству. Так проникновенно, пронзитель­но петь старинные романсы и на­родные песни мог только человек, тонко чувствующий и любящий природу. А в традициях русского миропонимания - богоискатель­ство через созерцание и воспе­вание природы (в поэзии, музы­ке, живописи передвижников). И хотя Василий всегда считал себя атеистом (так было воспитано все наше поколение), интуитивно, под­сознательно он наверняка ощущал свой творческий дар делом бого­угодным. Так я смею думать се­годня.

Томительное расставание с жизнью после проведенных операций пришлось для Василия на пору щедрого бабьего лета. «Пышное природы увяданье» буд­то намеренно длило и длило зо­лотую осень: березы, рябины и клены хранили листву до самого Покрова.

2А в день похорон, 20 октября, после полудня, в самый час про­щания случилось поразившее всех нас преображение: сквозь пелену хмурых облаков вдруг выглянуло солнце и, как улыбка Бога, озари­ло все окрест. Такая благодать сошла на землю – звенящая ти­шина, покой, прозрачные дали. Словно неведомая сила зазывала с небес душу ушедшего на скорое свидание с вечностью. А прохо­дившие мимо каркинского погос­та поезда, напоминая о земных пространствах, будто вторили это­му зову. И лишь к вечеру, когда стемнело, робко повалил на зем­лю первый в сезоне снег. Кто сегодня возьмется утверждать, что все это лишь случайные сов­падения?

Прожив 60 с лишним лет, В. Беляев как-то не успел подружиться с отчеством. Редко кто, особенно в творческих кругах, называл его Василием Константиновичем. Чаще всего - Вася, Василий или даже Василек. А это такой существенный штрих к его портрету! Деликатный и легкий в общении, он бывал порой и ко­люч, и категоричен, но всегда доб­рожелателен, необычайно скромен и даже застенчив.

...Сегодня, обретя свой вечный покой, супруги Беляевы там, на небесах, могут быть покойны воис­тину, потому что здесь, на земле, оставили после себя замечатель­ное наследие. Три красавицы, три нежных создания - Алена, Анас­тасия, Анна. Дочери и внучка. Да еще два славных зятя - Сергей и Роман.

Я не раз поражался, наблю­дая, как дружны и предупреди­тельны были они все в минуты их общей печали, какой заботой и вниманием окружали больного отца в последние дни и недели, как обставили его уход - по-христиански смиренно и достой­но. Удивлялся: откуда они - люди молодые и неискушенные - набрались такой житейской мудрости, ставшей и утешением, и спасением?

***

В будущем году нашему городу исполнится полвека. На карте мира Кирово-Чепецк известен имена­ми выдающихся спортсменов. Честь им и хвала! Но как важно не отдать забве­нию и имена тех, кто все эти годы составлял негромкую славу в куль­турной, духовной истории города.

И среди первых - имя того, кто стал и пребудет в этой исто­рии... соловьем залетным. А теперь - о самом сокро­венном. Мне в моей жиз­ни повезло. Не одно десятилетие нас с Василием Беляевым связы­вала и творческая, и мужская дружба. Сожалею, что в послед­ние годы встречи наши были редки. Но давно ведь сказано: что имеем - не храним...

Десятки и десятки раз за эти годы мне доводилось представ­лять его публике. И каждый раз с замиранием сердца я слушал его заново, как впервые - в боль­шом ли концертном зале, в да­леком сельском клубе или в ка­мерной обстановке салона «Та­лисман».

А еще Вася виртуозно играл на гармошке. Для домашнего музицирования, как и всякий насто­ящий гармонист, он имел не фаб­ричную, а кустарную, штучной работы, гармонь. По причине скромности своей он, может быть, и не сознавал до конца, как много значил он в на­шей жизни, когда на дружеских посиделках мы - его друзья, близ­кие - просили его: спой, сыг­рай!..

Сегодня, когда все уже поза­ди, я думаю: а может быть, в этом и состоит счастье жизни, когда у тебя есть что вспоми­нать? И как многолики, разнооб­разны проявления щемящей эмо­циональной памяти! Действительно: услышу звон­кого жаворонка в весеннем небе и тут же вспомню, как не раз слушал в исполнении Васи ро­манс Глинки «Жаворонок»... Увижу летним днем луговые ко­локольчики, и защемит сердце: вспомню, как брал Вася верхние ноты, когда пел известное: «Конь несет меня лихой, а куда, не знаю...» Это из романса Булахова «Ко­локольчики мои» на стихи А. Тол­стого. Слушал его, и взмывала душа в поднебесные выси! И то­мила грусть-печаль о чем-то ут­раченном, желанном и недости­жимом!..

Я вспоминаю Василия, услы­шав любую из четырнадцати рус­ских «Троек» - именно столько их разыскал и классифицировал еще Ираклий Андронников. Да что там: всякое произведение тенорового репертуара, услышан­ное  в эфире в записях Лемеше­ва, Козловского или Соловьяненко, непременно напомнит мне: это пел Вася...

3

 

***

 

Все проходит - гласит биб­лейская истина. И годы мчатся неудержимо. С возрастом стано­вишься особенно чувствительным, сентиментальным.

И теперь, когда станет «не­вмочь пересилить беду», когда в житейской суете подкатит невы­носимая тоска, я достану доро­гую для меня реликвию - див­ной красоты подсвечник ручной работы с дарственной надписью. Семь лет назад Вася подарил мне его на юбилей. Он изгото­вил, сотворил его сам, по соб­ственному эскизу-проекту. Не просто подсвечник, а настоящий канделябр - массивный, выра­зительный. Произведение искус­ства! Не только голос, но и руки у Васи были золотые, и дар ху­дожника необычайный.

... В тишине ночи затеплю свечу и включу магнитофон. Влаж­ная пелена застелет, затуманит взгляд. Пламя свечи задрожит, а с кассеты польется дорогой мое­му сердцу голос. Теперь это все, что осталось.

 

Александр МАЛЬЦЕВ.

 

Мальцев, А. «Соловьем залетным…» [Текст] : памяти певца Василия Беляева /

А. Мальцев // Кировец. – 2004. – 17 февраля (№ 26). – С. 2-3.

 

2022 - Год культурного наследия народов России

Книга в истории

Галерея книг

КнигоКвантум: синергия инженерного образования

КнигоДарение: благотворительные акции

Десятилетие детства в России 2018-2027

Экологический уголок

© 2021. МКУК "ЦБС" города Кирово-Чепецка